«Темные времена»: правда и вымысел

21 января 2018

Синемафия пытается разобраться, что в фильме Джо Райта соответствует действительности, а что добавлено для пущего драматического эффекта.

«Темные времена» Джо Райта вышли очень вовремя — почти в пандан к «Дюнкерку» Кристофера Нолана, рассказав об операции «Динамо» с другой стороны. Райт уверяет, что фильм Нолана увидел только после того, как завершил работу над своей картиной.

История нескольких недель из жизни Уинстона Черчилля — самых главных, по мнению сценариста Энтони МакКартена, недель в его жизни. Гэри Олдман в тяжелом гриме играет премьер-министра, его окружает сонм серьезных актеров — это ровно тот вид байопика, за который дают актерские призы, и, по словам экспертов, только чудо не позволит Олдману получить «Оскар» в этом году.

Обычно подобные картины, несмотря на большое внимание к историческим деталям, вроде декораций и костюмов, к истории как таковой относятся не так внимательно — потому как надо за два часа рассказать сюжет, который должен следовать законам драматургии, а не сухим фактам. В этом нет ничего плохого — фильм, в конце концов, не должен заменять учебник истории, — но часто хочется проверить, как все было на самом деле.

В одном из своих интервью Райт сказал, что старался по максимуму быть точном в представлении событий и особенно «точно представить исторических лиц — Галифакса, Чемберлена. Я не хотел создать других персонажей, или нарисовать их одной черной краской — потому что они мне ответить уже не могут. Но в фильме есть сцены, как, к примеру, […], которые являются художественным вымыслом или, как говорят, «эмоциональной правдой».

Посмотрим, как Джо Райт и сценарист картины Энтони МакКартен обошлись с историей в этот раз.

1.

Изначальная расстановка сил — Черчилль становится премьер-министром, но ни своя партия, ни король его особо не поддерживают, — выглядит слишком драматичной и театральной — и потому кажется, что это придумка сценариста. Однако, несмотря на единогласно выраженное 13 мая доверие правительству, Черчилль вспоминал, что всех привлечь на свою сторону смог только в июне.

2.

Когда Черчилля в фильме вызывают в Букингемский дворец — он в ответ на вопрос Георга о том, знает ли, зачем его пригласили, отвечает, что не имеет ни малейшего понятия.

Эта сцена есть в мемуарах Черчилля:

Меня немедленно провели к королю. Его величество принял меня весьма любезно и пригласил сесть. Несколько мгновений он смотрел на меня испытующе и лукаво, а затем сказал: «Полагаю, вам не известно, зачем я послал за вами?» Применяясь к его тону, я ответил: «Сир, я просто ума не приложу зачем». Он засмеялся и сказал: «Я хочу просить вас сформировать правительство». Я ответил, что, конечно, сделаю это.

3.

Все речи Черчилля в парламенте в фильме — добуквенная передача речей Черчилля, как и его обращение к нации по радио.

4.

Элизабет Лейтон в самом деле была секретаршей Черчилля — они долго работали вместе, и позже она написала об этом мемуары. По воспоминаниям Лейтон, Черчилль в самом деле мог себя вести с подчиненными не очень вежливым образом.

Однако работать на него она начала через год после описываемых в фильме событий. Да, и погибшего под Дюнкерком брата у нее тоже не было.

5.

Значительная часть обсуждения дальнейших шагов происходит в так называемых «war rooms» — построенном неподалеку от Вестминстера бункере. Несмотря на то, что построен он был в 1938, а работать в них начали в августе 1939, до сентября 1940 года он широко задействован не был — потому как бункер предназначался для работы правительства во время налетов, а никаких налетов во время действия фильма — в мае и начале июня 1940 года — не происходило.

6.

Одна из самых забавных и одновременно красиво снятых сцен — переговоры Черчилля с французами, происходящие на военном аэродроме; Черчилль на корявом французском пытается уговорить Францию контратаковать и одновременно с тем убедить их, что пока это не война, на что французы сообщают, что нет у них никакой возможности сопротивляться дальше.

Согласно мемуарам Черчилля, переговоры премьер-министром Рейно, министром обороны Деладье и генералом Гамеленом (его в фильме нет) проходили в Париже, в министерстве иностранных дел, и все-таки выглядели несколько более серьезно. Хотя Черчилль правда переходил на французский (которым владел, по его словам, посредственно), и правда не до конца понимал, почему французы собираются отступать. Вторая встреча с Рейно в третьей декаде мая — в Венсене — происходила уже без Гамелена и Деладье.

Присутствовавшие в комнате лица обменивались между собой важными соображениями; Рейно впоследствии опубликовал подробный отчет об этом обмене мнениями. Меня представили как настаивавшего на том, чтобы не отводить северные армии, а, наоборот, контратаковать ими. Я действительно так думал. И я, и находившиеся со мной английские офицеры были поражены явным убеждением французского главнокомандующего и ведущих министров в том, что все потеряно, и все то, что я говорил, являлось моим категорическим оспариванием этого мнения.

7.

Сцена с неправильно поставленными пальцами в знаке «победа» неоднозначная. С одной стороны, фотография Черчилля, поднимающего два пальца вверх, существует (и не одна); с другой — предположение, что бывший военный корреспондент не знает значения этого символа, скорее похоже на драматургическую уловку — причем для международной аудитории, британцы-то в курсе значения жеста.

8.

Несмотря на слова Райта о том, что он не хотел бы неверно представлять на экране Галифакса и Чемберлена, их роль в планировании переговоров с Германией представлена едва ли не как предательство — когда на самом деле уже 28 мая кабинет Черчилля отказался от перспектив переговоров (а не 4 июня после речи в парламенте, как-то показано в фильме).

9.

В одной из сцен Клементина кричит на мужа, что они разорены, и ей нечем платить по счетам — и чета Черчиллей правда жила не очень по средствам. Разбогатели они только после войны, с публикацией мемуаров.

10.

Одна из самых драматически сильных сцен — получение бригадиром Николсоном телеграммы от Черчилля о том, что эвакуация его гарнизона невозможна; дальше нам показывают падающий на Кале снаряд.

Немецкая бомбардировка сравняла Кале с землей; большая часть гарнизона Кале была взята в плен. Бригадир Николсон умер в плену в 1943 году. В 1943 немецкие власти хотели привлечь его как независимого эксперта к расследованию произошедшего в Катыни; Николсон отказался.

11.

Сцена в метро лежит полностью на совести сценариста. Никаких доказательств того, что Черчилль прокатился в поезде лондонского метрополитена, поговорил с горожанами и именно так вдохновился на поддержание курса на противостояние с Германией, нет.

Если вспоминать об «эмоциональной правда» — то эта сцена в фильме Райта скорее отсылает к шекспировскому «Генриху V» и его общению с простыми солдатами перед битвой при Азенкуре. Но именно такой сцены в исполнении премьер-министра не происходило, конечно же. К тому же поездка от одной станции до другой заняла бы вдвое меньше времени, чем представлено в фильме.