Кадр из фильма «Мефисто»

Вышеградские откровения

6 марта 2017

Две истории о нацистах и моральном выборе — очень разном: Синемафия побывала на 2-м Фестивале кино Вышеградской четверки и делится впечатлениями.

Вторая мировая война — воистину неисчерпаемая тема не только для отечественного, но и для мирового кинематографа. Ярким примером этого могут служить две прекрасные картины, которые демонстрировались в рамках Фестиваля кино Вышеградской четверки: «Боксёр и смерть» (Словакия, 1963) и «Мефисто» (Венгрия, 1981).

Оба фильма являются экранизациями (одноименного рассказа польского писателя Юзефа Хена и романа немецкого писателя Клауса Манна «История одной карьеры»), и в обоих поднимается одна и та же тема — судьба простого человека, который в условиях нацизма может сохранить себе жизнь, лишь приняв определенные правила игры.

«Последний бой, он трудный самый…»

Итак, начнём с исторической драмы «Боксёр и смерть» режиссёра Петера Солана. Бокс в концлагере — это звучит неправдоподобно, даже несколько фантастично, однако в основе фильма лежат реальные события. Прототипом главного героя является известный польский боксёр Тадеуш «Тедди» Петшиковский (1917−1991), заключенный Освенцима, которому приходилось участвовать в матчах, где ставкой была жизнь.

Профессиональный боксёр Ян Каминек (Штефан Квиетик), оказавшись в концлагере, чудом избегает газовой камеры. Однако комендант Вальтер Крафт (Манфред Круг), сам бывший боксёр, спасает его от гибели и переводит на усиленное питание вовсе не из альтруистических соображений: скучающему немцу необходим достойный соперник.

Петер Солан по праву считается мастером психологической драмы. Решенный в простой стилистике, этот черно-белый фильм, в котором и в помине нет никаких спецэффектов, держит зрителя в напряжении с первой и до последней минуты. Начальные кадры, где немец-комендант молотит боксёрскую грушу, не только задают картине общий тон, определяя ее специфику, но и сняты таким образом, что у нас создается эффект полного присутствия. Поединок между комендантом лагеря и заключенным — это одна большая метафора, однако лента при этом лишена всякого пафоса. Впечатляют детали: например, буханка хлеба, которая используется вместо подушки. Ужас происходящего раскрывается через банальные, казалось бы, бытовые сцены: Хельга, красавица-жена коменданта, утром с радостной улыбкой открывает окно, и мы видим, как из трубы крематория валит черный дым.

После того как Каминек одерживает победу над немцем, коварный комендант «благородно» отпускает его, пообещав, что никто не пострадает (согласно правилам, если один заключенный сбежал, все, кто жил с ним в одном бараке, немедленно подлежат уничтожению). Однако, уже покинув территорию лагеря, Ян слышит сирену и, поняв, что его обманули, принимает решение вернуться, дабы спасти своих товарищей. Несмотря на трагический финал, фильм оставляет очень светлое впечатление, ибо символизирует торжество человеческого духа. «Триумф духа» — именно так был назван римейк, созданный в 1989 году в США. Лично у меня картина «Боксёр и смерть» с одной стороны вызвала ассоциации с бессмертными произведениями А. И. Солженицына, а с другой — напомнила российский фильм «Матч» (2011, режиссёр Андрей Малюков, в главной роли — Сергей Безруков).

В 1963 году на VII Международном кинофестивале в Сан-Франциско фильм «Боксёр и смерть» был удостоен сразу двух премий — «За лучшее музыкальное сопровождение» (композитор Уильям Буковый) и специальной награды «За стремление к взаимопониманию между народами». Он по праву считается национальным достоянием Словакии, и очень жаль, что сегодня этот шедевр практически не известен за пределами страны.

«Распорядись собой, прими решение, хотя бы и ценой уничтожения!»

И. В. Гёте

Действие второго фильма, оскароносного «Мефисто» (режиссёр Иштван Сабо), происходит не во время войны, а накануне, когда нацисты еще только готовятся захватить Европу (роман, который лёг в основу экранизации, был написан в 1936 году).

Это современная версия легенды о Фаусте: честолюбивый актер Хендрик Хофген (Клаус Мария Брандауэр) ради славы согласен продать свою бессмертную душу. Вот только он заключает сделку не с Дьяволом, а с нацистами — согласитесь, разница, в общем-то, небольшая.

Хендрика трудно назвать хорошим или плохим человеком, он, скорее, никакой, и способен надеть абсолютно любую маску — что удалось просто великолепно передать блистательному Брандауэру. Он живёт театром, он «женат на театре», он черной завистью завидует всем успешным актерам и мечтает любой ценой получить славу и признание. «„Играть в театре“ — это миссия», — много раз произносит наш герой на протяжении всего фильма. Хендрик постоянно идет на компромиссы: увлечение революционными идеями и театром Брехта не мешает ему заключить брак по расчету с наследницей богатой аристократической семьи; а когда к власти приходит Гитлер, он отказывается покинуть Германию, оправдывая себя тем, что «не может же весь народ эмигрировать».

Хендрик считает себя ловким Мефистофелем, однако на деле оказывается обманутым Фаустом. Впечатляет абсолютно сюрреалистический финал, когда герой, ослепленный прожекторами, словно лучами столь вожделенной славы, скорее, напоминает затравленного собаками зайца и в отчаянии кричит: «Что вы от меня хотите? Я же простой актёр!»

И в заключение хотелось бы порекомендовать вам посмотреть прекрасный чешский фильм «Лида Баарова» (2016, режиссер Филипп Ренч, в главной роли — Татьяна Паугофова), который поднимает ту же самую проблему, но подает ее под несколько иным углом. В основе картины — реальная история талантливой, но слишком честолюбивой актрисы, которая, желая сделать карьеру, стала любовницей самого Йозефа Геббельса.